В комнате было душно, надоедливо тикали часы. Проворочавшись с полчаса, но так и не дождавшись снисхождения Морфея, Джей поняла, что сегодня ей уснуть не удастся. Одеваться в темноте было непросто, но включать свет она не стала. Джастин решила прогуляться по приюту, чтобы немного привести свои мысли в порядок. Не хотелось бы наткнуться на кого-нибудь в коридоре, да и едва ли мне встретятся еще лунатики - перегруженный режим дня сказывается на большинстве воспитанников приюта… Прикрыв дверь, Джей неспешно пошла по коридору, мысли вихрем проносились в ее голове – миссис Морриган, Зингер, Имир, Ксандр, за ним Лино, родители... На секунду она представила, что находится не в приюте, а дома. То же множество комнат и коридоров, знакомых и малознакомых лиц. Только меньше улыбок и ...света? Здесь всегда как будто не хватает света... Было ли это субъективностью восприятия или особенностью Вамми-дома, Джастин не знала. Вернувшись к мыслям о Ксандре, она явственно вспомнила кошмар, приснившийся ей прошлой ночью. Во сне Ксандр и Лино были одним человеком, одним и тем же лицом. И Джей то казалось, что Ксандра посадили в тюрьму по ее вине, то Лино попадал в Вамми-дом и не обращал на нее никакого внимания. Джастин поежилась от воспоминаний и попыталась выкинуть весь этот сумбур из головы. Некоторое время она продолжала свою бесцельную прогулку по приюту, и только окончательно очнувшись от размышлений, Джей обнаружила, что стоит этажом ниже перед фортепиано. Я так давно не дотрагивалась до этих клавиш! И так же давно Джастин не наблюдала за завтраком недовольных лиц чутко спящих вамми-кидов. Может быть… Приглушенный свет проникал в комнату и освещал черно-белые клавиши. Джей провела по ним рукой и желание сыграть, сыграть немедленно, стало непреодолимым. Другого, более эффективного способа выплеснуть свои эмоции, вернуть ясность мыслям для Джастин просто не существовало. Она села за фортепиано и вдруг растерялась, не зная, что же ей хочется исполнить. Джей в замешательстве перебирала ноты "Лунной сонаты", потом попыталась сыграть что-нибудь из Шуберта, но получалось неестественно, неживо. Окончательно отчаявшись, Джастин попробовала наиграть семнадцатую сонату Бетховена, "Бурю", и поняла, что это и есть ее сегодняшнее настроение, неспокойное, тревожное, непонятное, непонятое ей самой. Пальцы скользили по клавишам, и действительно, спустя несколько минут она забылась, утонула в музыке; серый приют, все проблемы, мысли и переживания бесповоротно растворились в небытие.
Сообщение отредактировал Justine - Пятница, 26.03.2010, 18:50
- Мать вашу... - простонала Ким, ворочаясь в кровати. - У них там пижамная вечеринка, что ли?.. Прошёл месяц с момента прибытия Кимберли в этот рассадник гениальности. И надо заметить, что за этот месяц ей редко когда удавалось нормально выспаться. Однако ночные приступы вдохновения, временами охватывающие Линду, являлись сущей мелочью по сравнению с грохотом, только что донёсшимся откуда-то из холла. В общем-то, это даже и не был грохот - неизвестный ночной музыкант играл очень даже неплохо, насколько могла судить абсолютно далёкая от музыки Кимберли. Но девочка совершенно не была настроена сейчас слушать классиков... - Что за чёрт?! Третий час ночи... - вполголоса возмутилась Ким, глянув на светящийся циферблат будильника. - Какого дьявола ему не спится?.. Завтра же понедельник, вставать в такую рань... И эта чёртова латынь... Или алгебра? Ким повернулась на живот и плюхнула подушку на голову. Однако это не помогло - звуки стали доноситься глухо, как из бочки, но не смолкли. Поверх подушки девочка попыталась пристроить одеяло, но эта шаткая конструкция не желала удерживаться на голове и в результате рухнула на пол. Это окончательно вывело Ким из себя. Она вскочила с кровати, вытянула из-под матраса сумку с ноутбуком, но подумав как следует, запихнула её обратно. Понедельник, как известно, день тяжёлый. Особенно напрягала по понедельникам утренняя латынь, относящаяся к списку горячо ненавидимых Ким дисциплин. И девочка решила предпринять ещё одну героическую попытку поспать... На этот раз её терпения хватило на целых десять минут. Ким быстро надоело в уме переводить терабайты в байты, и девочка поплелась к графину с водой. Осушив кружку, она кинула исполненный тихой ненависти взгляд на дверь, из-за которой доносилась причина предполагаемого провала завтрашней латыни. Надо с этим как-то бороться, - раздражённо подумала Ким. Однако бороться можно было только одним способом - нанести визит ночному исполнителю и выяснить, какого же дьявола ему не спится по ночам, как всем нормальным людям. Ким сунула ноги в тапочки, пинком распахнула дверь и прямо в пижаме потопала на звук. Прям как дети, бредущие за дудочкой Гамельнского крысолова... Источник шума обнаружился в холле - там, где стояло пианино. Или фортепиано. Или рояль... В общем, чёрт его знает, как эта штука называется. В данный момент Ким интересовали не термины, а Джастин, сидящая за этим самым пианино-фортепиано-роялем и ожесточённо извлекающая из него адский грохот. Акустика была превосходная, звук раскатывался по коридору и, казалось, проникал в каждый уголок спящего здания. Как сюда ещё весь приют-то не сбежался? Джастин, увлечённая игрой, и не заметила, как Ким подкралась к ней с тыла. Совершив обходной манёвр, девочка, наклонившись, что есть мочи гаркнула в ухо незадачливой музыкантше: - Рота, отбой!
Сообщение отредактировал Kimberly - Воскресенье, 28.03.2010, 23:14
